Фотограф и отец (6-й часть)

Комрон поднялся рано на рассвете.

Быстро умылся, выпил пиалку чая, съел бутерброд, взял фотоаппарат и направился к двери.

– Куда? – спросила мама.

– Играть!

Он с трудом дождался утра. Всю ночь только и думал о предстоящей операции. Теперь он принялся вплотную за ее реализацию. По правде, ему не совсем нравилась эта затея. Ему больше нравилось смотреть в голубое небо, наблюдать за полетом ласточек. Ему хотелось быть таким же беспечным и вольным, как они. Но важнее сейчас операция, которую он задумал. Да, это нечестно: подсматривать, следить. Но, если нельзя, но очень важно, значит, можно, – оправдывал он себя, призывая к дисциплине.

Ему вспомнилась притча:

“Ласточка увидела Шмеля, довольного и радостного. Спросила причину его радости.

– Некогда, – уклонился от ответа Шмель. – Меня ждет большая награда.

– Награда? – удивился Ласточка. – За что?

– Я оказал большую услугу шаху! – важно воскликнул Шмель. – Хочу побыстрее донести ему радостную весть.

– О какой вести ты говоришь, милый Шмель?! – ласково допытывалась Ласточка. – Скажи, чтобы и я порадовалась тому. Мы же с тобой летаем в одном небе.

– Я хочу поведать ему о том, чье мясо самое вкусное на земле. За это шах обещал большую награду.

– Неужели? Так чье же мясо самое вкусное?

– Человечье! – воскликнул Шмель.

– О! Какая славная весть! Дай-ка, милый, я поцелую твой язык за это!

Шмель, опьяненный своей ушлостью, показал Ласточке язык. Ласточка ловко разрезала его язык своим хвостом и так спасла Человека”.

Сегодня спасение семьи в руках Комрона. Надо спешить. Каникулы всего два месяца. Он должен за это время завершить операцию.

 

* * *

 

– Мама!

– Да, сынок.

– Дайте мне 7 сомони.

– На что тебе деньги?

– Я фотографии распечатаю.

– В самом деле? – пристально посмотрела на него мама. – Уже отснял? Что же ты снимал?

– Я заснял такие красивые пейзажи, вы поразитесь!

– Ты мой маленький фотограф! – всплеснула рукаи мама, дала ему денег и предпредила: – Возьми что-нибудь себе поесть, не ходи голодный, понял?

 

* * *

 

– Пришел? Дай-ка посмотреть на твои снимки? – радостно встретила Комрона мама.

– Что? – вздрогнул Комрон. – Какие снимки?

Мама приподняла брови.

– Ты ведь деньги попросил на снимки?

Комрон молчал, но мозг его усиленно работал. Он искал повод.

– Ну же? Что случилось? – спрашивала недоуменно мама.

– Не скажу, – опустив голову, отвечал Комрон. – Не спрашивайте.

– Почему?

– Вы расстроитесь.

– Не расстроюсь, честное слово, нет!

Комрон грустно опустил глаза:

– Не получились снимки. Какие-то серые, размытые. Мне за такие стыдно, я их порвал. Не получится из меня фотограф.

– Вот как? Ну, не расстраивайся, – успокоила его мама. – Постепенно и у тебя будет получаться. Никто еще сразу фотографом не становился. Научишься еще. И такие снимки будешь делать! Отец тебе скажет: “Молодец, Комрон!”

Комрон облегченно вздохнув, пошел к себе. Но тут его охватила другая забота: куда спрятать фотографии? Позже его замучила другая мысль: что с ними делать? Кругом тишина. “Думай, Комрон, думай!” – твердил он. В окно дул свежий ветерок, теребя занавеску и будто поддакивая: да-да, напрягай мозги! А может, и вправду порвать их? И забыть! Нет! Как можно жить спокойно, когда та, чужая, может увести отца, присвоит его. А как же потом Комрон? Он не сможет жить без отца. Комрон хочет быть рядом с ним. Хочет гордиться им. А может, показать снимки маме? Что будет, если он покажет их ей? Нет. Мама не выдержит… Ему вспомнились слова мамы: “Ты еще станешь замечательным фотографом и сделаешь такие снимки, за которые тебя похвалит отец”.

Комрон улыбнулся неожиданной мысли, и он прошептал:

– Не похвалит, но…

Комрон с трудом дождался утра.

Комментарии